Что такое Государственный архив Приморского края

Государственный архив Приморского края (ГАПК) расположен во Владивостоке и хранит документы одного из самых молодых по времени русского освоения регионов страны — активное заселение Южно-Уссурийского края началось лишь во второй половине XIX века, уже после подписания Айгунского (1858) и Пекинского (1860) договоров с Китаем, закрепивших эти территории за Россией.

В фонде архива хранятся документы Уссурийского казачьего войска, материалы о крестьянском переселенческом движении, документы о корейской и китайской диаспорах, портовые и таможенные материалы Владивостока, а также обширные документы советского периода, включая материалы о статусе Владивостока как закрытого города.

Для генеалога первый шаг — определить этническую и сословную принадлежность предка: русский переселенец, уссурийский казак, кореец, китаец или представитель коренных малочисленных народов, поскольку эти категории документировались принципиально по-разному.

Основание Владивостока и освоение Южно-Уссурийского края

Владивосток был основан в 1860 году как военный пост сразу после подписания Пекинского договора, закрепившего Приморье за Россией, и уже к концу XIX века превратился в главный тихоокеанский порт и военно-морскую базу империи. Быстрый рост города обеспечивался притоком переселенцев из разных частей страны, включая моряков, купцов, военных и крестьян, что сделало демографический состав города с самого начала чрезвычайно пёстрым.

Документы о ранней истории города — материалы городской думы, портового управления, торговых домов — хранятся в ГАПК и представляют важный источник для потомков первых поселенцев Владивостока и связанных с ним предприятий.

Помимо Владивостока, освоение Южно-Уссурийского края включало основание целого ряда других населённых пунктов — Никольск-Уссурийского (современный Уссурийск), крупного сельскохозяйственного и торгового центра края, а также многочисленных переселенческих сёл вдоль долины реки Уссури и её притоков, куда направлялись как казаки, так и крестьяне-переселенцы. Знание конкретного населённого пункта и приблизительного времени его основания существенно облегчает архивный поиск, поскольку многие сёла региона были основаны как единая переселенческая партия и сохранили в документах точные сведения о первых поселенцах.

Уссурийское казачье войско

Уссурийское казачье войско было образовано в 1889 году (выделено из состава Амурского казачьего войска) для несения пограничной службы вдоль реки Уссури на границе с Китаем. Это одно из самых молодых казачьих войск империи, что отражает саму позднюю историю освоения региона.

Документы станичных правлений Уссурийского войска — послужные списки казаков, материалы о наделении землёй — представляют отдельный, хорошо документированный источник, отличный от документов гражданского крестьянского населения края.

Для потомков уссурийских казаков стоит учитывать, что после Гражданской войны, в ходе которой уссурийское казачество, как и соседнее забайкальское, активно участвовало в белом движении, значительная часть казачьих семей подверглась репрессиям либо эмигрировала через Харбин в Китай.

Харбин, построенный русскими инженерами и предпринимателями как узловая станция Китайско-Восточной железной дороги, стал крупнейшим центром русской эмиграции на Дальнем Востоке, куда после 1922 года переселились десятки тысяч человек — уссурийские и забайкальские казаки, чиновники, купцы, интеллигенция. Для потомков таких эмигрантских семей значительная часть документов о жизни уже за пределами России хранится в архивах Харбина и других китайских городов, а также в фондах русской эмигрантской диаспоры, собранных в разных странах мира уже в XX веке.

Корейцы Приморья: переселение и депортация 1937 года

Корейские переселенцы начали прибывать в Южно-Уссурийский край ещё в 1860-е годы, спасаясь от голода и притеснений на родине, и к началу XX века сформировали значительную и хозяйственно активную общину, особенно в сельском хозяйстве (рисоводство) и в приграничных с Кореей районах. Корейская диаспора Приморья до революции пользовалась определённой автономией в самоуправлении отдельных корейских слобод и сёл.

В 1937 году всё корейское население Дальнего Востока — более 170 тысяч человек — было принудительно депортировано в Среднюю Азию (Казахстан и Узбекистан) по решению советского руководства, обосновавшего эту меру угрозой японского шпионажа. Депортация проводилась в кратчайшие сроки, с огромными человеческими потерями в пути и полной потерей нажитого имущества.

Для потомков депортированных корейцев Приморья поиск дореволюционных документов ведётся в ГАПК (материалы о корейских слободах, метрические и посемейные записи), тогда как документы о самой депортации и последующей жизни в Средней Азии хранятся уже в архивах Казахстана и Узбекистана — необходима параллельная работа с несколькими архивными комплексами разных стран.

Депортация 1937 года проводилась через принудительную погрузку целых семей в товарные вагоны с крайне ограниченным временем на сборы, что означало почти полную потерю документов, фотографий и имущества, накопленных за несколько поколений жизни в Приморье, — это одна из причин, по которой для многих современных потомков корейцев Приморья дореволюционная семейная история практически не сохранилась в устной форме и требует именно архивного восстановления. Российские корейцы (корё-сарам), пережившие депортацию, впоследствии создали значительные общины в Узбекистане и Казахстане, часть из которых после распада СССР вернулась уже на постсоветский Дальний Восток, что делает семейную историю депортированных корейских родов особенно многослойной и требующей внимательной реконструкции нескольких миграционных этапов.

Китайская диаспора и мигранты-отходники

Помимо корейцев, значительную роль в хозяйственной жизни дореволюционного Приморья играли китайские сезонные рабочие-отходники (занятые в старательских артелях, на строительстве, в торговле), а также постоянно проживающая китайская диаспора крупных городов. В 1938 году значительная часть китайского населения региона также была выселена или репрессирована в рамках общей кампании по «очистке» приграничных территорий от иностранных подданных.

Документы о китайском населении региона — материалы полицейского учёта иностранных подданных, торговые документы — представляют отдельный, менее многочисленный, но самостоятельный источник.

Значительная часть китайских рабочих-отходников трудилась вахтовым методом, приезжая на сезон и возвращаясь на родину, что делает их архивный след менее устойчивым по сравнению с постоянно проживающим населением, — упоминания о таких рабочих обычно ограничиваются полицейскими списками иностранных подданных на конкретный период и материалами конкретных предприятий, где они были заняты. Владивостокский Миллионный квартал (китайский квартал) был крупнейшим центром постоянного китайского населения города и вёл собственную внутреннюю жизнь вплоть до его ликвидации в советское время, что стоит учитывать при поиске документов о постоянных, а не сезонных китайских жителях региона.

Удэгейцы, нанайцы и другие коренные народы Приморья

Территорию края до прихода русских и других переселенцев населяли коренные малочисленные народы — удэгейцы и нанайцы, ведшие традиционный охотничье-рыболовный образ жизни в таёжных долинах рек Уссурийского края. Их численность всегда была невелика по сравнению с притоком русских, корейских и китайских переселенцев, что делает документы о них редким и особенно ценным источником для соответствующих семей.

Учёт коренного населения велся преимущественно через материалы инородческих управ и позднее — родовых советов, созданных уже в советское время в рамках политики поддержки малочисленных народов Севера.

Удэгейское и нанайское население вело традиционное родовое хозяйство, организованное вокруг сезонной охоты на пушного зверя, рыболовства на нерестовых реках и сбора таёжных дикоросов, — устойчивая привязка конкретного рода к определённому речному бассейну означает, что установление названия реки или урочища, с которым связано семейное предание, часто помогает точнее локализовать архивный поиск. Знаменитый исследователь Владимир Арсеньев, автор книг о своём проводнике Дерсу Узала, оставил обширные этнографические записи о жизни удэгейцев начала XX века, которые, не будучи архивными документами в строгом смысле, представляют ценный дополнительный источник для понимания традиционного уклада этого народа.

Старообрядцы Приморья: ещё одна волна переселения

Помимо основного потока крестьян-переселенцев, значительную роль в освоении Приморья сыграли старообрядцы разных согласий, переселявшиеся сюда из разных регионов страны, а также, что особенно необычно, из числа старообрядцев, ранее эмигрировавших в Китай, Маньчжурию и другие сопредельные страны и впоследствии частично вернувшихся в Россию уже в приморские земли. Старообрядческие общины сохраняли собственный внутренний учёт, параллельный официальной православной церкви.

Для потомков старообрядческих семей Приморья поиск осложняется тем, что часть общин длительное время избегала официальной регистрации, а миграционные пути некоторых групп пролегали через несколько стран, прежде чем семья окончательно осела на дальневосточной земле, что делает восстановление полной родословной этих семей особенно многоступенчатой задачей.

Столыпинское переселение крестьян на Дальний Восток

Пик крестьянского переселенческого движения в Приморье пришёлся на период столыпинской аграрной реформы начала XX века, когда правительство активно поощряло переселение малоземельных крестьян из центральных губерний на Дальний Восток льготными условиями проезда и наделения землёй. Значительная часть современного русского населения края ведёт происхождение именно от этой волны переселенцев.

Документы о переселенческих партиях — землеустроительные дела, материалы переселенческих управлений — хранятся в ГАПК и содержат точные сведения о месте выхода (губернии, уезде, волости) переселившейся семьи, что делает их особенно ценным источником для последующего продолжения поиска на прежней родине.

Переселенцы, направлявшиеся в Приморье в рамках столыпинской реформы, добирались до места назначения преимущественно морским путём — через Одессу вокруг Азии либо, позднее, по Транссибирской и Китайско-Восточной железным дорогам, что само по себе было серьёзным испытанием и нередко занимало несколько месяцев. Основными регионами исхода были густонаселённые губернии Черноземья, Украины и отчасти Белоруссии — знание этого факта помогает при отсутствии точных сведений о месте выхода сузить круг поиска до наиболее вероятных регионов-доноров переселенческого движения того периода.

Метрические книги и особенности церковного учёта

Для православного населения основным источником остаются метрические книги приходских церквей, формировавшихся по мере роста поселений практически одновременно с самим заселением края — в отличие от европейской части России, где приходская сеть складывалась столетиями, в Приморье церкви и приходы создавались буквально вслед за прибытием переселенцев. Такая молодость церковной сети означает, что метрические книги приморских приходов редко уходят глубже конца XIX века, а первые годы жизни переселенческой семьи на новом месте иногда документированы неполно из-за отсутствия ещё не построенного храма поблизости — в таких случаях полезно проверить, не относился ли населённый пункт временно к более отдалённому приходу до постройки собственной церкви.

Для корейского населения, значительная часть которого также принимала православие, действовали специальные миссионерские станы, документы которых представляют дополнительный источник, отличный от общегражданских приходов.

Конкретные фонды ГАПК и примеры документов

Практическая работа с ГАПК начинается с определения этнической и сословной принадлежности предка. Фонд «Уссурийское казачье войско» содержит документы станичных правлений. Фонд «Приморское переселенческое управление» — материалы о крестьянских переселенческих партиях с точным указанием места выхода.

Для потомков корейского населения стоит обращаться к материалам о корейских слободах и, отдельно, к документам о депортации 1937 года, которые могут частично храниться и в федеральных архивах, а также в специализированных архивных собраниях, посвящённых истории советских корейцев в Казахстане и Узбекистане.

Практический совет: при формулировании запроса в ГАПК стоит сразу указывать этническую принадлежность и период (дореволюционный, довоенный советский) — это существенно облегчает архивистам определение нужного фонда среди множества параллельных комплексов документов, сложившихся в силу многонационального состава населения региона.

Военные и портовые документы Владивостока

Владивосток как главная военно-морская база Тихоокеанского флота имеет обширный комплекс военных документов, включая материалы о личном составе флота и береговых частей, — эти документы частично хранятся в ГАПК, частично в центральных военно-морских архивах. Портовые и таможенные документы дают дополнительные сведения о моряках торгового флота и портовых рабочих.

Русско-японская война 1904–1905 годов и последующая Первая мировая непосредственно затронули жизнь города и флота, включая эпизоды крейсерских операций Владивостокского отряда крейсеров, — документы об участниках этих кампаний из числа приморских жителей стоит искать как в региональном архиве, так и в центральных военно-морских фондах.

Перепись 1897 года по Южно-Уссурийскому краю

Перепись населения 1897 года зафиксировала Южно-Уссурийский край как территорию с чрезвычайно смешанным этническим составом населения — русские переселенцы, уссурийские казаки, корейцы, китайцы и коренные народы. Персональные подворные карточки переписи не сохранились, как и по всей стране, но сводные погубернские и поуездные итоги доступны исследователям и дают представление о соотношении перечисленных групп населения к концу XIX века.

Советский период: закрытый город и Дальлаг

Владивосток с 1950-х по 1992 год имел статус закрытого города, куда доступ иностранцам и лицам без специального разрешения был запрещён в силу военно-стратегического значения главной базы Тихоокеанского флота, — этот статус отражается в специфике советского документооборота о жителях города, включая усложнённую процедуру прописки, трудоустройства и получения разрешений на въезд для родственников из других регионов страны.

На территории региона действовала система дальневосточных лагерей ГУЛАГ (Дальлаг и другие подразделения), связанных с масштабным дорожным, лесозаготовительным и промышленным строительством. Депортация корейского и выселение части китайского населения в 1937–1938 годах стали одними из наиболее драматических событий советской истории региона, сопоставимыми по масштабу с аналогичными этническими депортациями других народов СССР того периода.

Для семей, затронутых любым из этих процессов, помимо ГАПК стоит обращаться к региональным базам данных жертв политических репрессий.

Коллективизация конца 1920-х — начала 1930-х годов затронула как русское крестьянское, так и уссурийское казачье население, официально упразднённое как сословие. Индустриальное развитие советского периода — рыбная и лесная промышленность, судоремонт, оборонные предприятия — привело к значительному притоку рабочего населения из других регионов страны, чьи документы хранятся уже в фондах соответствующих предприятий, а не в дореволюционных переселенческих материалах.

Как работает архив сегодня

Государственный архив Приморского края расположен во Владивостоке и принимает исследователей по предварительной записи в читальный зал. Электронный каталог описей фондов частично доступен онлайн.

Для генеалогического запроса важно максимально точно указать населённый пункт, этническую и сословную принадлежность предка. Как и большинство региональных архивов, ГАПК принимает письменные запросы на архивные справки, но подробное генеалогическое исследование обычно требует личной работы в читальном зале или найма исследователя на месте — особенно с учётом этнического разнообразия документов, требующего иногда обращения сразу к нескольким разным фондам одного и того же архива.

Учитывая молодость региона, значительная часть переселенческих документов содержит точные сведения о прежней губернии происхождения семьи — это стоит использовать как отправную точку для продолжения поиска уже в архиве региона исхода.

Для генеалогических сюжетов, связанных с русской эмиграцией через Харбин, дополнительным источником служат материалы Дома-музея русской эмиграции и специализированных архивных собраний, посвящённых истории Китайско-Восточной железной дороги и русского зарубежья на Дальнем Востоке, — эти материалы дополняют официальные документы ГАПК сведениями о послереволюционной судьбе выехавших из региона семей.

Практический чек-лист перед запросом

Приморский край сочетает недавнюю историю русского освоения, многонациональный состав населения и драматические депортации XX века, что делает точность запроса особенно важной. Перед обращением в архив стоит собрать максимум сведений по следующим пунктам.

• Точное название населённого пункта на момент события
• Этническая принадлежность — русский, уссурийский казак, кореец, китаец или представитель коренных народов (удэгейцы, нанайцы)
• Для переселенцев — точное место выхода (губерния, уезд, волость), особенно для периода столыпинской реформы
• Возможная связь с депортацией корейского населения 1937 года или выселением китайского населения 1938 года
• Возможная связь предка с Уссурийским казачьим войском и его судьбой после Гражданской войны
• Возможная эмиграция семьи через Харбин в Китай после Гражданской войны
• Для старообрядческих семей — принадлежность к конкретному согласию (толку) и путь переселения (напрямую или через промежуточные страны)

Собрав максимум сведений по каждому из этих пунктов ещё до обращения в архив, исследователь существенно повышает шанс на то, что запрос будет направлен сразу в нужный комплекс документов — будь то фонд переселенческого управления, станицы Уссурийского войска или материалы о корейской диаспоре.

tree.zahoron.ru и поиск по приморскому краю

Работу с ГАПК стоит начинать не с самого архива, а с проверки открытых данных: сервис tree.zahoron.ru агрегирует более 469 000 фамильных форм и 165 миллионов архивных упоминаний по регионам России, включая карту распространения конкретной фамилии по краям и областям. Для Приморья это особенно полезно из-за пёстрого этнического состава населения — сопоставление географии фамилии помогает быстро отсеять заведомо неверные версии происхождения ещё до похода в читальный зал.

Пример из практики: потомок хочет понять, был ли его прадед-«приморец» коренным уссурийским казаком, столыпинским переселенцем из Черноземья или же семья восходит к корейской общине, сменившей фамилию при депортации 1937 года. Сверка написания и распространения фамилии по базе часто сразу указывает на одну из трёх версий, экономя недели переписки с архивом.

Проверить фамилию по базе →

Типичные трудности поиска

Главная сложность при работе с приморскими документами — исключительная этническая пестрота населения региона, требующая с самого начала точно определить этническую принадлежность предка для выбора правильного комплекса документов среди множества параллельных архивных систем учёта.

Вторая трудность — драматические депортации 1937–1938 годов, из-за которых поиск потомков корейского и китайского населения требует обращения не только к ГАПК, но и к архивам других стран и регионов, куда были высланы семьи, а также к специализированным собраниям, посвящённым истории депортированных народов.

Третья сложность — статус закрытого города у Владивостока в советский период, усложнявший стандартный документооборот о жителях и требующий отдельного учёта этой специфики при интерпретации найденных документов советского времени.

Четвёртая трудность — относительная молодость региона как места русского освоения, из-за чего дореволюционная история семьи обычно короче, чем в европейской части России, и требует активного продолжения поиска уже в архиве региона происхождения переселенца, откуда и стоит начинать более глубокое родословное исследование.

Пятая трудность связана с пограничным статусом территории: значительная часть документов о жителях приграничной полосы с Китаем и Кореей в XIX — начале XX века формировалась не гражданской, а военно-пограничной администрацией, поэтому исследователю нередко приходится параллельно с ГАПК запрашивать материалы из фондов пограничной стражи и военных комендатур, где учёт местных жителей вёлся по отдельным, менее систематизированным правилам.

Часто задаваемые вопросы

Смотрите также: Фамилии Приморского края: переселенцы и корейцы, Архивы Дальнего Востока: Владивосток, Хабаровск.