Кладбища Йошкар-Олы: путеводитель и поиск захоронений

Столица Марий Эл — редкий пример российского города, который за последние сто с небольшим лет успел сменить имя дважды, и оба раза не по своей воле. Началось всё в августе 1584 года, когда на реке Кокшайке — сегодня она называется Малой Кокшагой — по царскому указу заложили крепость. Момент выбрали не случайный: земли черемисов, как тогда называли марийцев, только что окончательно вошли в состав Русского государства после третьей по счёту войны за эти территории, и новую границу требовалось срочно закрепить военным постом. Строили крепость воевода Дмитрий Елецкий и голова Никифор Чепчугов, а назвали её незатейливо — Царёв город на Кокшаге, что довольно быстро сократилось до Царёвококшайска.

Укрепление получилось нешуточное: рубленые стены неправильной четырёхугольной формы тянулись почти на полкилометра, восемь башен по периметру — пять глухих и три с проезжими воротами, хотя имена сохранились только для троих из них. Внутри теснились воеводский двор, пороховой погреб и деревянный собор, а с внешней стороны крепость охватывало ещё одно оборонительное кольцо — острог, растянувшийся более чем на полкилометра сам по себе. Досталось городу и в Смутное время: зимой 1609 года его на несколько недель захватили сторонники Лжедмитрия II, прежде чем подоспевший из Казани отряд вернул крепость короне. Сам же деревянный кремль своё отслужил и сгорел в 1696 году — после этого пожара город отстраивался уже без крепостных стен, постепенно превращаясь из военного поста в обычный купеческий центр.

Из Царёвококшайска в Краснококшайск и снова в Йошкар-Олу

Первая смена имени пришла с новой властью: в 1919 году «царский» топоним заменили на идеологически приемлемый Краснококшайск. Продержалось это название недолго — уже в январе 1928 года президиум ВЦИК утвердил марийский вариант, Йошкар-Ола, что переводится как «красный город» — тот же смысл, но на языке титульного народа республики. Статус столицы город получил в 1936-м, когда Марийская автономная область стала полноценной автономной республикой в составе РСФСР. А в 2009 году история сделала круг: деревянный кремль отстроили заново на историческом месте, и сегодня рядом с реконструированной крепостью стоит памятник царю Фёдору Иоанновичу — тому самому, чьим указом когда-то и был основан город.

Некрополи, поглощённые городской застройкой

Список утраченных кладбищ Йошкар-Олы получился неожиданно длинным — краеведы насчитывают их не меньше десятка, и почти каждое связано с конкретным современным ориентиром, о существовании кладбища под которым мало кто из горожан теперь догадывается. Возьмём парк культуры имени тридцатилетия комсомола: мало кто из гуляющих там сегодня знает, что под аллеями лежит частично уничтоженное Тихвинское городское кладбище — то самое, что когда-то называлось Царевококшайским.

Похожая история и с парком Победы возле Дома культуры имени Ленина — здесь в своё время слились в общий некрополь кладбища трёх окрестных деревень, Корякова, Берёзова и Гомзова, а после того как основное городское кладбище закрыли, именно этот участок какое-то время исполнял его функции. Ещё масштабнее выглядит утрата в самом сердце современной столицы республики: под зданиями Дома правительства, городской мэрии и главного корпуса университета, растянувшимися вдоль Ленинского проспекта, прежде находились сразу два некрополя — кладбище деревень Жуково и Пахомово и отдельное Грузинское кладбище. По одной из краеведческих версий, самое старое из всех городских захоронений вообще скрывалось там, где сегодня проходит мост через Малую Кокшагу, — его окончательно стёрли при строительстве переправы в пятидесятые годы прошлого века.

Стоит выделить и совсем особый случай — территорию завода «Контакт», где до прихода промышленности находилось марийское языческое кладбище жителей деревни Чихайдарово. Это не оговорка и не путаница с христианским некрополем: речь именно о дохристианском погребальном месте, что для средней полосы России само по себе редкость. Куда больше повезло кладбищу деревни Сидорово рядом с современным магазином «Светофор» — оно сохранилось в лесопарке большей частью нетронутым, как и часть Марковского кладбища на улице Строителей, и старый погост у школы № 21 в бывшем селе Семёновка.

Туруновское — некрополь, вместивший всю историю республики

Если старые кладбища Йошкар-Олы — это в основном истории утрат, то Туруновское, наоборот, история накопления. Расположенный в восточной части города на Ленинградской улице некрополь занимает свыше 48 гектаров и вмещает более 87 тысяч захоронений — это самое крупное действующее кладбище не только столицы, но и всей республики. Специально для отпеваний в начале двухтысячных здесь построили храм Всех Святых.

Пять могил и два надгробия на территории Туруновского официально числятся объектами культурного наследия России — редкий статус для регионального кладбища советской эпохи. Здесь покоятся люди самых разных призваний: партийный руководитель республики Пётр Ураев, чья могила как раз входит в число охраняемых объектов, театральный режиссёр Георгий Константинов и олимпийская чемпионка по спортивной гимнастике Зинаида Воронина. Такое соседство власти, искусства и спорта на одном участке земли — типичная примета времени, когда именно кладбище становилось единственным местом, где статус человека при жизни находил хоть какое-то материальное продолжение после смерти.

География остальных некрополей города и района

За пределами главного Туруновского кладбища город и прилегающий Медведевский район опоясаны сетью менее крупных, но по-прежнему действующих некрополей — и знать эту географию заранее полезно, если ищете конкретное захоронение. Западную часть Йошкар-Олы обслуживают Марковское кладбище на улице Строителей и Сидоровское на Кокшайском проезде, у объездной дороги расположилось Паганурское, а рядом с одноимённым лесопарком — Тархановское, оно же Шоядурское.

Формально уже за городской чертой, но фактически в пределах повседневной жизни столицы находятся сельские кладбища Медведевского района — в посёлке Куяр, селе Цибикнур, деревне Люльпаны, селе Шойбулак, а также отдельное Нолькинское неподалёку от посёлка Большая Ноля и некрополь с запоминающимся названием «Крутой овраг» на Козьмодемьянском тракте. Если предок был прописан в одном из этих посёлков, разумнее начать поиск именно там, а не тратить время на центральное городское кладбище.

Государственный архив Марий Эл: логика фонда № 305

У большинства соседних республик церковные метрики хранятся в фонде с говорящим названием — духовная консистория такой-то губернии. В Марий Эл всё устроено иначе: основной массив документов свели в собирательный фонд № 305 под нейтральным названием «коллекция метрических книг церквей», куда свозили экземпляры, изъятые из органов ЗАГС в советское время. Формально это тот же самый тип документов, что и консисторские фонды соседей, но сам принцип формирования фонда — по административному признаку, а не по церковной иерархии — стоит держать в уме при заказе конкретного дела.

География фонда объясняется дореволюционным устройством марийских земель: они делились между Вятской губернией (Уржумский и Яранский уезды) и Казанской (сразу семь уездов, включая собственно Царевококшайский, а также Козьмодемьянский, Чебоксарский, Ядринский и другие). Прежде чем формулировать запрос в архив, стоит для себя чётко зафиксировать, к какой из двух губерний относилось нужное село на интересующий вас год — без этой привязки поиск по объёмному фонду обещает растянуться надолго. Кроме собирательного фонда, в архиве встречаются и материалы отдельных приходов, не попавшие в общую коллекцию при её формировании, — за уточнением таких деталей стоит обращаться в научно-справочный аппарат читального зала напрямую.

Народ, сохранивший веру предков

Марийцы занимают особое место среди финно-угорских народов Европы — это один из немногих этносов, значительная часть которого сохранила традиционную домонотеистическую религию вплоть до наших дней, наряду с православием, принятым другой частью народа. Для генеалогического поиска это обстоятельство создаёт своеобразную ловушку: официальные церковные метрики фиксировали человека как крещёного прихожанина независимо от того, насколько глубоко он на самом деле придерживался языческих обрядов у себя дома.

Марийское кладбище деревни Чихайдарово, о котором шла речь выше, — не исключение из правил, а иллюстрация более широкой картины: параллельно с приходскими некрополями существовали и дохристианские места погребения, причём далеко не все из них попали в поле зрения церковного или позднейшего краеведческого учёта. Если архивные документы упорно молчат о судьбе предка, а семейные предания указывают на марийские традиционные корни, есть смысл параллельно обратиться к этнографической литературе о погребальных обычаях народа — там иногда находятся объяснения тому, что в церковных записях выглядит необъяснимым пробелом или странностью.

Расстояние между легендой и архивным документом

У марийской столицы, как у любого древнего города, есть не только задокументированная историками версия своего прошлого, но и устные предания, ходящие среди местных жителей независимо от архивных данных. Официальная топонимика связывает имя реки Кокшаги с марийскими или финно-угорскими корнями, но в разговорах старожилов порой всплывают и совершенно иные, куда более приземлённые объяснения происхождения местных названий — часто привязанные к конкретным бытовым деталям или памятным событиям, о которых не сохранилось письменных свидетельств.

Для человека, разыскивающего родословную марийского предка, подобные устные предания не стоит сразу отбрасывать как недостоверные, даже если они расходятся с официальной версией: иногда за искажённой со временем легендой скрывается зерно исторической правды, которое просто не попало в письменные источники, — а единственный способ его найти состоит в разговоре со старожилами конкретного села или деревни, а не в чтении одних лишь архивных описей.

Что означает восстановленный кремль для родословного поиска

Реконструированный в 2009 году кремль — прежде всего туристический объект, но для генеалога он полезен и в практическом смысле: воссозданная крепость наглядно показывает масштаб и устройство исторического центра города, вокруг которого столетиями концентрировалась вся административная и церковная жизнь округи. Понимание того, где именно располагался воеводский двор, приказная изба и главный собор, помогает представить, в каком направлении от кремля стоило бы искать следы конкретных сословных групп — служилых людей поблизости от административного центра, а купцов и ремесленников — в посадской части, ближе к торговым рядам.

Сегодняшняя реконструкция, разумеется, не является точной археологической копией — это скорее символическое воссоздание исторического образа, рассчитанное на туристов и горожан. Тем не менее рядом с кремлём нередко проводят краеведческие экскурсии и лекции по истории города, и участие в таких мероприятиях — неплохой способ познакомиться с местным экспертным сообществом, способным подсказать не самые очевидные направления архивного поиска.

Разные пути двух марийских субэтносов

Марийцы традиционно делятся на несколько локальных групп — горных, луговых и восточных марийцев, — и Йошкар-Ола как столица республики исторически ближе к луговой традиции, тогда как горные марийцы концентрировались, скорее, в районе Козьмодемьянска на другом берегу Волги. Это разделение имеет практическое значение для генеалога: обычаи, диалект и даже особенности имянаречения у разных групп марийцев могли заметно различаться, и незнание этой разницы порой уводит поиск в сторону, если исследователь механически переносит сведения об одной группе на предков из совершенно другой местности.

Прежде чем делать выводы об этнографических деталях жизни конкретного предка, стоит для себя чётко определить, к какой именно локальной группе марийцев он относился — это можно установить по конкретному селу или приходу, а затем уже обращаться к соответствующей, а не к обобщённой этнографической литературе о марийцах в целом.

Практика поиска: с чего начинать в марийской столице

Йошкар-Ола устроена так, что успех поиска почти целиком зависит от того, насколько точно вы представляете себе географию — конкретный район города или, что ещё важнее, конкретное село Медведевского района, где предок был прописан на момент смерти. Без этой привязки придётся перебирать десяток разрозненных некрополей практически наугад.

Если на руках есть свидетельство о смерти, для начала посмотрите его оборотную сторону — иногда там от руки вписан номер участка. Не нашли пометку — обращайтесь в отдел ЗАГС по месту регистрации: там обычно сохраняется и место захоронения. Дальше логичный шаг — прямой контакт с администрацией конкретного кладбища: у Туруновского, как у крупнейшего некрополя, есть собственный налаженный учёт участков.

Если речь о сельском или пригородном захоронении, для начала выясните точное название населённого пункта Медведевского района, к которому был приписан человек, — Куяр, Цибикнур, Шойбулак или любой другой, — и обращайтесь сразу в местную сельскую администрацию, минуя городские службы Йошкар-Олы. И не пренебрегайте разговорами с местными жителями: в небольших марийских сёлах память о том, кто где похоронен, десятилетиями передаётся из уст в уста надёжнее любой официальной картотеки.

Для дореволюционных предков путь один — Государственный архив Республики Марий Эл и фонд № 305, но прежде чем формулировать запрос, определите, к Вятской или Казанской губернии относилось нужное село: без этого уточнения архивные сотрудники не смогут быстро сориентировать вас по описи. Начните поиск по фамилии здесь.

Урок Туруновского кладбища: почему статус объекта наследия — не гарантия сохранности

Официальный охранный статус пяти могил и двух надгробий на Туруновском кладбище звучит обнадёживающе, но на практике он защищает конкретный памятник от сноса или переноса, а вовсе не гарантирует, что информация о человеке под этим памятником легко доступна исследователю. Реестровый номер объекта культурного наследия — это в первую очередь юридическая, а не генеалогическая категория: он существует для сохранения физического памятника как такового, а вовсе не для удобства поиска родственных связей человека, похороненного под этим памятником.

Если ваш предок оказался среди тех немногих, чья могила получила подобный статус, стоит отдельно запросить документы, на основании которых памятник включили в реестр, — обычно такие материалы содержат куда более подробную биографическую справку, чем можно найти в открытых источниках, и порой становятся неожиданно богатым источником фактов о жизни человека и обстоятельствах его смерти.

Когда архивный документ говорит одно, а надгробие — другое

Расхождения между официальными архивными записями и текстом на надгробии — довольно частое явление, с которым рано или поздно сталкивается почти любой генеалог, работающий с провинциальными некрополями. Дата на памятнике может отличаться от архивной записи на день или два — из-за разницы между датой смерти и датой похорон, — а иногда и на куда больший срок, если памятник ставили спустя годы после самих похорон родственниками, полагавшимися на память, а не на документы.

При обнаружении подобного расхождения не спешите сразу считать один из источников ошибочным, а другой единственно верным, — лучше зафиксируйте оба варианта даты и попробуйте найти третий, полностью независимый источник, который позволит уверенно разрешить возникшее противоречие. Иногда таким третьим источником становится свидетельство о смерти, а иногда — просто более старая фотография самого надгробия, сделанная ещё до его возможной замены или реставрации.

Как устроена жизнь марийского села вокруг архивного документа

Дореволюционное марийское село сильно отличалось по своему устройству от русского: приходская церковь, вокруг которой строилась вся система метрического учёта, зачастую обслуживала сразу несколько марийских деревень, разбросанных на приличном расстоянии друг от друга, а не одно компактное поселение, как это было типично для центральных русских губерний. Это означает, что при поиске марийского предка не стоит ограничиваться архивными материалами одного-единственного села — велика вероятность, что интересующая вас семья формально числилась в метрической книге прихода, обслуживавшего сразу несколько соседних деревень одновременно.

Понимание этой особенности заметно экономит время поиска: вместо того чтобы заказывать отдельные дела по каждой деревне в отдельности, разумнее сразу выяснить, какому церковному приходу принадлежало нужное селение, и запрашивать материалы именно по этому приходу целиком — так шансы обнаружить нужную запись заметно выше, чем при узком, деревня за деревней, переборе архивных дел.

Почему стоит подключать местных краеведов Марий Эл

Помимо официальных архивных каналов, серьёзным подспорьем в поиске марийского предка может стать местное краеведческое сообщество — историки-любители, годами изучающие конкретные районы города или отдельные сёла республики, нередко располагают сведениями, никогда не попадавшими в официальные архивные описи. Именно благодаря такой кропотливой работе энтузиастов удалось, например, восстановить подробный список утраченных кладбищ Йошкар-Олы, о которых шла речь выше, — большинство из них не значится ни в одном официальном реестре, а известны лишь по устным преданиям и краеведческим публикациям.

Искать таких специалистов удобнее всего через тематические группы в социальных сетях, посвящённые истории Марий Эл, местные краеведческие музеи или через сотрудников самого архива — они обычно хорошо знают, кто из независимых исследователей специализируется на интересующем вас районе. Разговор с такими людьми нередко экономит месяцы самостоятельного архивного поиска, особенно если речь идёт о деталях местной истории, никогда не фиксировавшихся в официальных документах.

Не стоит недооценивать и школьные краеведческие музеи в сёлах Медведевского района — во многих из них десятилетиями собирают материалы по истории конкретных деревень силами учителей и учеников, и подобные любительские архивы порой хранят фотографии, письма и устные воспоминания старожилов, которых не найти ни в одном государственном фонде. Обратиться туда стоит хотя бы письмом или телефонным звонком, прежде чем окончательно считать локальный источник информации исчерпанным.

Что делать, если предок исчез между двумя переписями

Довольно типичная ситуация для марийского села: человек упоминается в одной ревизской сказке или похозяйственном списке, а затем без всякого объяснения пропадает из следующего документа спустя десять-двадцать лет. Причин обычно несколько — переезд в соседнюю деревню того же прихода, смена фамилии при замужестве дочери, банальная описка писца при составлении очередной переписи, — и ни одна из них не означает, что поиск зашёл в тупик окончательно.

В подобной ситуации стоит для начала расширить границы поиска на соседние деревни того же церковного прихода — учитывая, что один приход в марийском крае нередко обслуживал сразу несколько поселений, семья вполне могла переехать в соседнюю деревню, формально оставшись в той же метрической книге, просто под другим заголовком населённого пункта. Проверка соседних записей за тот же период — куда более продуктивный шаг, чем преждевременный вывод о полной и безвозвратной утрате следов семьи в сохранившихся архивных документах прихода.

Прежде чем планировать поездку в Йошкар-Олу

Подготовительную работу лучше делать заранее, дома, а не по прибытии на месте. Соберите всё, что уже известно о предке, — примерный год событий, название села, а по возможности и церковный приход, к которому оно относилось; и Вятская, и Казанская губернии в разное время перекраивали границы уездов, так что современное и дореволюционное административное деление далеко не всегда совпадают между собой.

Свяжитесь с архивом заранее, чтобы уточнить, какие именно описи фонда № 305 уже доступны для просмотра онлайн, а какие придётся заказывать лично в читальном зале, — это сэкономит целый день поездки, которую иначе пришлось бы потратить исключительно на предварительное ознакомление с каталогом прямо на месте. И если планируете личный визит, совместите архивную работу с прогулкой к Туруновскому кладбищу и восстановленному кремлю — оба места дают куда более живое представление о городе и его истории, чем одни только сухие архивные документы, разложенные по описям читального зала.

Часто задаваемые вопросы

Когда была основана Йошкар-Ола?

В августе 1584 года как крепость Царёв город на Кокшаге, позже известная как Царёвококшайск. Современное марийское название город получил в 1928 году.

Какое кладбище в Йошкар-Оле самое крупное?

Туруновское кладбище на улице Ленинградской — свыше 48 гектаров и более 87 тысяч захоронений, крупнейший действующий некрополь города и республики.

Где искать метрическую запись о предке из Марий Эл до 1918 года?

В Государственном архиве Республики Марий Эл, фонд № 305 «Коллекция метрических книг церквей». Важно заранее определить, к Вятской или Казанской губернии относилось нужное село.

Кто из известных людей похоронен на Туруновском кладбище?

Среди похороненных — партийный руководитель Пётр Ураев, режиссёр Георгий Константинов и олимпийская чемпионка по спортивной гимнастике Зинаида Воронина. Пять могил и два надгробия кладбища признаны объектами культурного наследия России.

Почему так много исторических кладбищ Йошкар-Олы не сохранилось?

Большинство старых некрополей уничтожили при советской застройке центра города — сегодня на их месте стоят парки, административные здания, университетские корпуса и мост через Малую Кокшагу.

Существуют ли в Йошкар-Оле нехристианские кладбища?

Да, сохранились сведения о марийском языческом кладбище на территории завода «Контакт» — марийцы одними из немногих финно-угорских народов сохранили традиционную домонотеистическую веру наряду с православием.

Кладбища других городов

Путеводители по историческим некрополям других городов России публикуются в этом разделе — воспользуйтесь поиском по рубрике «Кладбища и захоронения».

Начните поиск

Найти захоронение по фамилии — база ДРЕВО

Исследовать историю рода по фамилии — в Архиве ДРЕВО, 51 000 страниц о происхождении российских фамилиях: Архив фамилий ДРЕВО →