Украинские фамилии: происхождение и значение

Редакция tree.zahoron.ru · 12 июля 2026

Украинские фамилии — один из самых узнаваемых пластов восточнославянской фамильной традиции: патронимы на -енко и -ук/-юк, профессиональные прозвища вроде Коваль и Мельник, шляхетские фамилии на -ський/-цький и колоритное казацкое наследие Запорожской Сечи. Носители украинских фамилий живут не только в самой Украине, но и по всей России — на Кубани, в Сибири и в нефтяных городах Западной Сибири, включая Сургут, куда предки переселялись волнами на протяжении более чем двух веков: с казачьей колонизацией Кубани конца XVIII века, со Столыпинским переселением начала XX века и с миграцией советского периода. Ниже — полный разбор того, как формировались украинские фамилии, что означают самые распространённые из них, список по типам образования и практические ориентиры для поиска предков-переселенцев в российских и украинских архивах.

Найдите своих предков в базе Краснодарского края или другого региона России на ДРЕВО.

Список распространённых украинских фамилий

Самые распространённые украинские фамилии по типу образования:

• Патронимические на -енко: Шевченко, Коваленко, Ткаченко, Бондаренко, Кравченко
• На -ук/-юк/-чук: Ковальчук, Савчук, Бондарчук, Марчук, Павлюк
• Профессиональные: Коваль, Мельник, Гончар, Кравец, Бондар, Ткач
• Шляхетские на -ський/-цький: Хмельницкий, Вишневецкий, Острожский, Полтавский
• Казацкие прозвища: Козак, Гайдамака, Компаниец, Куренной, Головатый

Ниже разберём происхождение и значение каждой группы украинских фамилий подробнее.

Патронимические фамилии на -енко

Суффикс -енко — самый распространённый и самый узнаваемый маркер украинских фамилий. Это патронимический суффикс, указывающий на «сына такого-то»: Коваленко буквально означает «сын Коваля» (то есть кузнеца), Шевченко — «сын Шевца» (сапожника), Ткаченко — «сын Ткача» (то есть ткача). Такая двухступенчатая модель — сначала фамилия-прозвище отца, затем производная от неё с суффиксом -енко для сына — объясняет, почему в украинской антропонимике параллельно встречаются пары вроде Коваль/Коваленко или Швец/Шевченко.

Историческая статистика подтверждает древность и распространённость этого суффикса: в казацких реестрах, составленных после Зборовского договора 1649 года, фамилии на -енко резко преобладают над остальными формами — например, в реестре Киевского полка на них приходилось до 60% всех фамилий, поскольку в реестр записывали преимущественно молодых казаков, тогда как их отцы носили фамилию без суффикса. Самые ранние упоминания фамилий на -енко относятся к XVI веку и локализуются на Подолье, реже — на Киевщине, Житомирщине и в Галиции, откуда суффикс позже распространился на Восточную Украину и Приднепровье, где стал доминирующим.

О происхождении самого суффикса существуют разные версии: по одной из них (Л. Н. Гумилёв) он связан с половецким (тюркским) языковым наследием, по другой (Л. Г. Лопатинский) — сближается с адыгским «ко», означающим «сын» (отсюда Лысенко — «сын лысого», Ткаченко — «сын ткача»). В любом случае фамилии на -енко в украинском языке не имеют отдельной женской формы и не склоняются по родам — только по падежам, что отличает их от фамилий на -ский или -ов.

Фамилии на -ук, -юк, -чук

Вторая по распространённости группа украинских фамилий — с суффиксами -ук, -юк, -чук, -щук. Они характерны прежде всего для Западного Полесья, Волыни и Подолья и, как и -енко, чаще всего имеют патронимическое значение — «сын такого-то» или «ученик такого-то»: Ковальчук — сын или ученик коваля (кузнеца), Бондарчук — сын бондаря (мастера по бочкам), Савчук — сын Саввы, Палийчук — сын Палия.

Часть исследователей связывает происхождение этих суффиксов с тюркским влиянием: украинские земли, особенно пограничье Запорожской Сечи, веками соседствовали с тюркскими народами, в языках которых суффикс со значением «маленький», «младший» использовался для обозначения младших родственников. Фамилии на -чук встречаются не только в Украине: в соседней Польше, по оценкам, живёт более 400 тысяч человек с такими фамилиями — следствие территориальной близости, смешанных браков и миграций между украинскими и польскими землями на протяжении столетий.

Фамилии от профессий и ремёсел

Как и у большинства славянских народов, значительная часть украинских фамилий образована напрямую от названия профессии или ремесла предка, без дополнительных патронимических суффиксов: Коваль (кузнец), Мельник (мельник), Гончар (гончар, мастер по глиняной посуде), Кравец (портной), Бондар (бондарь, изготовитель бочек), Ткач (ткач), Скляр (стекольщик), Стельмах (мастер по изготовлению телег), Дегтярь (изготовитель дёгтя), Шевчук/Швец (сапожник). Эта группа фамилий отражает традиционный ремесленный уклад украинских сёл и местечек XVI–XVIII веков и часто становилась основой для последующих патронимов на -енко или -ук (Коваль → Коваленко → Ковальчук). Показательно, что фамилия Коваль и её производные Коваленко, Ковальчук, Ковальский остаются одними из самых частотных во всём восточнославянском ареале — закономерное следствие того, что кузнечное ремесло было практически в каждом крупном селе или местечке дореволюционной эпохи.

Фамилии от личных имён предка

Ещё одна многочисленная группа патронимов на -енко и -ук образована напрямую от крестильного или разговорного имени отца, без промежуточного прозвища или профессии: Иваненко (от Ивана), Петренко (от Петра), Гнатюк (от Игната), Нечипоренко (от Нечипора — украинской разговорной формы имени Никифор), Панченко (от Панаса, украинского варианта имени Афанасий). Такие фамилии особенно наглядно показывают механизм образования украинского патронима: сначала бытовое, часто сокращённое или диалектное имя, затем суффикс -енко или -ук, придающий значение «сын такого-то».

Шляхетские фамилии на -ський, -цький

В отличие от казацких фамилий на -енко, суффиксы -ський и -цький имеют иное, шляхетское происхождение и указывают на топонимическую (местную) принадлежность рода — то есть на конкретное владение, город или местечко, от названия которого образована фамилия: Острожский — от города Острог, Вишневецкий — от Вишневца. Такие фамилии были характерны для украинской и польской знати западных и центральных земель и грамматически функционируют как прилагательные — в отличие от фамилий на -енко, они имеют отдельную женскую форму (Острожский — Острожская), подобно русским фамилиям на -ов/-ова.

Похожую роль играл и более архаичный патронимический суффикс -ич, общий для украинской, белорусской, польской, сербской и хорватской антропонимики, а также региональные галицкие суффиксы -ів, -ин, -ишин, которые исследователи связывают с притяжательной формой «чей» (Иванов — «Иванов [сын]», Дмитришин — «Дмитришин [сын]»).

Казацкие фамилии и прозвища Запорожской Сечи

Отдельный колоритный пласт украинской антропонимики — фамилии, возникшие в среде запорожского казачества. По свидетельствам исследователей истории Сечи, вступавшие в казацкое братство нередко оставляли прежнее имя и получали новое прозвище, которое со временем закреплялось как фамилия потомков. Источником таких прозвищ становились самые разные признаки:

• Внешность и характер: Головатый, Кучера, Остроух, Борода
• Сходство с животными и растениями: Орлик, Соболь, Чайка, Лоза
• Ремесло или занятие: Гуртовой, Скрипка, Стороженко, Крамар
• Место происхождения: Полтавский, Волынский, Полищук (то есть «из Полесья»)
• Воинская должность: Атаманенко (от «атаман»), Куренной (от «курень»), Компаниец (казак лёгкоконного гетманского полка), Джура (казак-оруженосец)

Встречались и составные фамилии из глагола и существительного, отражавшие бытовой юмор казацкой среды: Убийвовк, Паливода, Перебийнис, Недодериматня, Закривидорога, Тиховлез. Такие прозвища нередко выполняли и практическую функцию — помогали беглым крепостным крестьянам, вступавшим в Сечь, скрыть прежнее происхождение и социальный статус под новым именем.

Женская и мужская форма украинских фамилий

Грамматическое поведение украинской фамилии напрямую связано с её происхождением, и это важно учитывать при архивном поиске: документы на мужчину и на женщину из одного рода могут быть записаны в разной форме. Фамилии на -енко и -ко в украинском языке несклоняемы по родам — Коваленко одинаково пишется и для Ивана Коваленко, и для Марии Коваленко, меняются лишь падежные окончания. Фамилии на -ський/-цький, напротив, ведут себя как прилагательные и обязательно имеют парную женскую форму: Хмельницкий — Хмельницкая, Полтавский — Полтавская. Фамилии, унифицированные под русский стандарт с окончанием -ов/-ев, также получают отдельную женскую форму на -ова/-ева. Эта особенность нередко помогает в архивном поиске: если в одном документе фамилия предка встречается в разных формах, это само по себе может быть подсказкой о её типе и происхождении.

Исторические слои формирования фамилий

Разнообразие украинских фамилий во многом объясняется тем, что земли современной Украины на протяжении веков входили в состав разных государств, и в каждый период фамилия закреплялась по-своему. В Великом княжестве Литовском, а затем в Речи Посполитой знать и духовенство фиксировали родовые имена по западноевропейскому образцу — отсюда шляхетские фамилии на -ський/-цький и -ич, характерные прежде всего для Западной и Правобережной Украины. В казацкой Гетманщине XVII–XVIII веков, где формальной шляхты почти не было, а социальная мобильность внутри войска была высокой, закреплялась совсем другая модель — прозвище или патроним, часто сменившиеся несколько раз за жизнь одного человека, пока в реестрах и церковных записях не фиксировалась одна устойчивая форма.

После присоединения украинских земель к Российской империи (Левобережье — по Андрусовскому перемирию 1667 года и «Вечному миру» 1686 года, Правобережье и большая часть остальных территорий — по разделам Речи Посполитой конца XVIII века) делопроизводство и церковный учёт постепенно переходили на общеимперские нормы, что и запустило процесс частичной русификации фамильных окончаний, описанный ниже. Таким образом, современная украинская фамилия часто несёт в себе сразу несколько исторических слоёв: изначальную модель образования (патроним, профессия, прозвище), региональные особенности говора и позднейшую канцелярскую унификацию эпохи Российской империи и СССР.

Русификация и советская унификация

Часть украинских фамилий, которые сегодня воспринимаются как русские, на самом деле имеют украинское происхождение, но получили типично «русское» окончание -ов/-ев ещё в дореволюционный период: метрические книги и официальные документы Российской империи велись на русском языке, и украинские фамильные формы при регистрации нередко унифицировались под общероссийский стандарт. Этот процесс продолжился и в советское время, когда паспортизация населения окончательно закрепляла ту форму фамилии, которая была внесена в документы, — иногда с отступлением от исходного украинского написания и произношения. Для генеалогического поиска это значит, что фамилия предка в архивном документе XVIII–XIX века и в советском паспорте потомка может отличаться написанием (например, Ковальчук в церковной метрике и Ковальчуков в более поздней светской записи) — при расхождении стоит проверять обе формы. Украинский лингвист-ономаст Юрий Редько отмечал, что окончания -ов/-ова и -ев/-ева в принципе не чужды украинскому языку и встречаются в нём наравне с русским, поэтому сама по себе такая фамилия ещё не говорит однозначно о русском происхождении рода — определяющую роль играют корень фамилии и региональная история семьи.

Украинские фамилии в России: Кубань, Сибирь, Сургут

Носители украинских фамилий оказывались на территории современной России несколькими историческими волнами, и для генеалогического поиска важно понимать, к какой из них принадлежали предки.

Кубанское казачество (конец XVIII — XIX век). В 1792–1794 годах по указу Екатерины II на Кубань было переселено Черноморское казачье войско, сформированное преимущественно из бывших запорожских казаков. В последующие десятилетия его состав пополнялся выходцами из Полтавской и Черниговской, а затем Киевской и Харьковской губерний. Именно поэтому среди кубанских казаков и их потомков так широко распространены фамилии на -енко и -ко, а само кубанское казачество историки называют полиэтничным по происхождению, с двумя основными компонентами — русским и украинским.

Столыпинское переселение (1885–1914). В ходе аграрных переселений конца XIX — начала XX века в Сибирь и на Дальний Восток массово переезжали крестьяне из Волынской, Киевской, Харьковской, Гродненской и других украинских и белорусских губерний: только за 1904–1914 годы счёт переселенцев по стране шёл на сотни тысяч и более миллиона человек. Значительная их часть осела в Томской и Енисейской губерниях, что до сих пор отражается в фамильном составе населения ряда районов Западной Сибири.

Депортации и нефтегазовое освоение (1940–1980-е). В Ханты-Мансийский округ, включая район современного Сургута, украинцы попадали двумя путями: в начале 1940-х — в результате принудительных переселений военного времени, а с 1960-х по 1980-е — добровольно, как квалифицированные специалисты в период массового освоения нефтяных и газовых месторождений Западной Сибири. По данным переписи середины 1970-х годов, украинцы составляли заметную долю населения округа, а прирост населения нефтяных городов и посёлков на 85–97% обеспечивался именно за счёт миграции — из этого потока и складывалась значительная часть украинских фамилий современного Сургута и соседних городов округа.

Эти три волны заметно различаются по типу источников: для казачьей колонизации Кубани главный документ — станичные метрические книги и посемейные списки, для столыпинских переселенцев — специфические переселенческие дела (свидетельства ходоков, проходные переселенческие свидетельства, карточки переселенца), а для советского периода — уже более привычные записи актов гражданского состояния и кадровые документы предприятий.

Поиск предков с украинской фамилией в архивах

Для потомков украинских переселенцев в России архивный поиск обычно распадается на два взаимосвязанных направления — «место выхода» (откуда переехали предки) и «место водворения» (куда они прибыли), и документы по каждому из них хранятся в разных архивах.

Место выхода — территория современной Украины. Метрические книги, исповедные росписи и клировые ведомости православных приходов дореволюционных украинских губерний хранятся в государственных архивах соответствующих областей: метрики Киевской губернии — в Центральном государственном историческом архиве Украины в Киеве (фонды 127 «Киевская духовная консистория» и 224 «Метрические книги»), Полтавской губернии — в Государственном архиве Полтавской области (фонд 706 «Полтавская духовная консистория»), Черниговской губернии — в Государственном архиве Черниговской области (фонд 679 «Черниговская духовная консистория»). Часть таких документов оцифрована и доступна в каталоге FamilySearch.

Место водворения — российские региональные архивы. Для потомков кубанских казаков основной массив документов — метрические книги, посемейные списки, ревизские материалы по станицам — хранится в Государственном архиве Краснодарского края (ГАКК), а военно-административные дела Кубанского казачьего войска — в фонде 643 Российского государственного военно-исторического архива (РГВИА). Для потомков участников столыпинского переселения в Сибирь стоит обращаться в архивы «по маршруту»: документы о выезде — в архиве губернии выхода, о прохождении через переселенческие пункты — в архивах транзитных губерний (например, Челябинской), о водворении на новом месте — в архивах Томской, Омской, Новосибирской областей, а сводные документы переселенческого управления — в Российском государственном историческом архиве (РГИА) в Санкт-Петербурге. Для родов, обосновавшихся в Сургуте и Ханты-Мансийском округе в советский период, актуальны архивы органов ЗАГС и предприятий соответствующего региона, а для депортированных в 1940-е — фонды спецпереселенческого учёта региональных архивов.

Перед обращением в архив полезно заранее уточнить максимально точный населённый пункт и приход (для дореволюционного периода) или год и маршрут переселения (для более поздних волн) — это резко сужает круг документов, которые нужно проверить, особенно с учётом того, что архивы «выхода» и «водворения» могут находиться в разных регионах и даже в разных странах.

Дополнительно стоит учитывать, что значительная часть метрических книг украинских губерний уже оцифрована и частично проиндексирована волонтёрскими проектами и порталом FamilySearch, что позволяет начать поиск удалённо, ещё до личного обращения в архив. Для родов, разделённых между Украиной и Россией миграциями XIX–XX веков, разумная стратегия — сначала восстановить цепочку по устным семейным рассказам и советским документам (военным билетам, трудовым книжкам, свидетельствам о рождении) до самого раннего известного места жительства, а уже затем переходить к дореволюционным метрикам конкретного прихода.

Часто задаваемые вопросы

Смотрите также: самые распространённые фамилии в базе ДРЕВО и поиск предков по регионам России.