Как найти предков-актёров: театральные архивы и провинциальная сцена

Актёрская профессия и архивный след: почему это сложнее, чем кажется

Из всех сословных и профессиональных групп, по которым ведётся генеалогический поиск, актёры — едва ли не самая капризная категория. Крестьянина можно проследить по ревизским сказкам и метрическим книгам прихода, купца — по гильдейским свидетельствам, чиновника — по формулярному списку. У актёра всё иначе: он мог родиться дворянином, а умереть под сценическим псевдонимом, не имеющим ничего общего с фамилией из метрики. Он мог сменить три-четыре антрепризы за сезон, кочуя из Тамбова в Саратов и обратно. Его профессия официально нигде не фиксировалась как сословие — в паспорте могло стоять «мещанин» или «сын личного почётного гражданина», а слово «актёр» появлялось только в афишах и театральных рецензиях, которые редко доживают до архивов в полном виде.

Тем не менее, если ваш предок выходил на сцену — в Императорском театре, в провинциальной антрепризе, в крепостном театре помещика, в цирковом шатре или позже в советском кинематографе, — оставленный им архивный след можно восстановить, и в большинстве случаев он окажется даже подробнее, чем след обычного мещанина или крестьянина того же периода. Просто искать его нужно не там, где ищут обычно, а в специфических фондах: дирекции театров, паспортных книжках антрепренёров, личных делах Всероссийского театрального общества и в некрополях, где актёров хоронили компактными «цеховыми» участками.

Казённая сцена: Дирекция императорских театров

Если предок служил на казённой сцене — в петербургских Александринском, Мариинском, Михайловском театрах или в московских Большом и Малом, — у него было личное дело, оформленное практически как у любого государственного служащего. Актёры императорских театров считались состоящими на государственной службе, получали чины по Табели о рангах (обычно невысокие, но формально фиксируемые), пенсию по выслуге лет и даже право на потомственное почётное гражданство при определённом стаже.

Личные дела артистов Дирекции императорских театров хранятся в Российском государственном историческом архиве (РГИА, Санкт-Петербург), в фонде 497 («Дирекция императорских театров»). В деле обычно можно найти: прошение о поступлении на службу с указанием происхождения и вероисповедания, послужной список с перечнем ролей и театров, документы о жалованье и бенефисах, переписку о разрешении на брак (актёрам казённой сцены требовалось разрешение начальства), а иногда — прошения о пенсии с подробным изложением карьеры за много лет вперёд назад. Именно пенсионные дела зачастую наиболее информативны: чиновнику нужно было доказать общий стаж, и он перечислял все театры и годы службы поимённо.

Отдельно стоит смотреть Театральное училище при Дирекции императорских театров (позже — Петербургское театральное училище, ныне Академия русского балета имени Вагановой, и московское училище при Малом театре, предшественник Щепкинского). Личные дела воспитанников с указанием родителей, сословия и результатов экзаменов также относятся к фонду 497 и параллельным фондам московской конторы Дирекции (хранятся частично в РГИА, частично в ЦИАМ — Центральном государственном архиве Москвы).

Провинциальная антреприза: самый трудный случай

Подавляющее большинство актёров XIX — начала XX века служили не в столицах, а в провинциальных антрепризах — частных театральных предприятиях, которые содержал антрепренёр на свой страх и риск, набирая труппу на один сезон. Такой актёр не был государственным служащим, личного дела на него в казённом смысле не заводилось, а сам театр мог существовать два-три года и исчезнуть.

Тем не менее след остаётся, просто в других документах:

• Паспортные книжки и билеты на жительство. Актёр, приезжая в город, обязан был прописаться в полицейском участке — сохранились книги регистрации приезжающих, где иногда прямо указана профессия «артист» или «драматический актёр».
• Дела о разрешении содержания театра. Антрепренёр подавал прошение губернатору на открытие сезона, прикладывая список труппы с именами, иногда с указанием амплуа (герой-любовник, комик, инженю). Эти дела хранятся в фондах губернских правлений в региональных архивах.
• Афиши и театральные программки. В некоторых губернских архивах и краеведческих музеях сохранились подшивки афиш — единственный источник, где фамилия актёра фигурирует напрямую в связке с ролью и датой спектакля.
• Периодическая печать. Провинциальные газеты второй половины XIX века регулярно публиковали театральные рецензии с перечислением исполнителей — это чуть ли не единственный систематический источник по составу трупп малых городов.

Работа с провинциальной антрепризой почти всегда требует локализации: сначала нужно установить, в каком городе и в каком сезоне человек мог выступать (по семейным преданиям, письмам, фотографиям с указанием фотоателье), и только затем идти в конкретный региональный архив.

Крепостной театр: особый и мрачный сюжет

До 1861 года существовал ещё один тип театра — крепостной, содержавшийся помещиком силами собственных крестьян. Крупнейшие крепостные театры — шереметевский в Кускове и Останкине, юсуповский в Архангельском — оставили довольно подробные архивы, потому что актёров (как и музыкантов оркестра) специально обучали, вели им учётные ведомости, а иногда и «отпускали на волю» за особые заслуги.

Если у семьи есть предание о «театральном» предке из крепостных, стоит искать: вотчинные архивы конкретного помещичьего рода (у Шереметевых — фонд в РГАДА и в архиве музея-усадьбы «Останкино»), ревизские сказки с пометками о роде занятий (изредка встречается запись «музыкант» или «актёр» прямо в ревизии), и документы о вольных — отпускные грамоты, где перечислялись заслуги перед театром как основание для освобождения. Знаменитый пример — крепостная актриса Прасковья Жемчугова, чья судьба задокументирована именно через шереметевский архив; менее известные крепостные артисты того же театра прослеживаются по тем же фондам, хотя и с меньшей полнотой.

Из какого сословия чаще всего выходили в актёры

Распространённое заблуждение — считать, что до революции в актёры шли только выходцы «из низов». На деле сословный состав труппы был пёстрым, и понимание этого помогает генеалогу заранее сузить круг вероятных источников. Заметная часть провинциальных актёров XIX века — бывшие семинаристы, не окончившие курс духовной семинарии или ушедшие из неё добровольно: чтение вслух, декламация и знание церковнославянского давали неплохую базу для сцены, а разрыв с духовным сословием формально требовал лишь подачи прошения в консисторию о выходе из звания. Если в семейном предании фигурирует «прадед учился на попа, а стал актёром» — искать нужно именно в консисторских делах о сложении духовного звания, а не в театральных фондах напрямую.

Вторая крупная группа — мещане и вольноотпущенные крестьяне, для которых актёрская профессия была одним из немногих способов социального лифта без капитала: не требовалось ни гильдейского взноса, как купцу, ни имущественного ценза, как чиновнику. Наконец, отдельную и хорошо документированную нишу занимали иностранные актёры — французские и немецкие труппы приглашались ко двору и в крупные города на контрактной основе, и на них заводились отдельные дела о найме иностранных подданных с указанием подданства, вероисповедания и условий контракта; такие дела стоит искать в фондах Министерства иностранных дел и губернских правлений одновременно.

Актрисы: отдельный и более закрытый архивный сюжет

Женский актёрский путь документирован хуже мужского и требует особого подхода. До второй половины XIX века сценическая карьера для женщины из «приличного» сословия считалась почти неприемлемой, поэтому актрисы куда чаще происходили из семей самих же артистов, из мещан или были воспитанницами театральных школ, куда попадали сиротами или из бедных семей на казённый кошт. Замужество актрисы казённой сцены требовало разрешения дирекции театра — соответствующее прошение с указанием жениха, его сословия и рода занятий подшивалось прямо в личное дело, и это один из немногих случаев, когда в театральном фонде можно найти информацию не только об актрисе, но и о семье, в которую она вошла браком.

Отдельная и деликатная тема — внебрачные дети актрис, довольно частое явление при кочевом образе жизни провинциальных трупп. Такие дети нередко записывались в метрических книгах как «незаконнорождённые» с указанием только имени матери, а иногда передавались в воспитательные дома. Если родословная линия обрывается на записи «мать — актриса такая-то, отец не показан», следующим шагом стоит проверить не только метрику, но и документы воспитательного дома того города, где гастролировала труппа в соответствующий год.

Цензурные комитеты и афишные книги: неочевидный источник

Прежде чем спектакль мог идти на сцене, текст пьесы и список исполнителей проходили через цензурный комитет (в столицах — через Санкт-Петербургский и Московский цензурные комитеты, в провинции — через канцелярию губернатора). В делах о разрешении постановки нередко подшивалась афиша с полным списком действующих лиц и исполнителей — по сути, официально заверенный документ о составе труппы на конкретную дату, куда точнее газетной рецензии. Эти дела хранятся там же, где и общие фонды губернских правлений, но идут по отдельной описи — «дела о театральных представлениях» или «дела цензурного комитета», и их стоит запрашивать отдельным письмом, не рассчитывая, что архивариус сам сопоставит их с общим делом об антрепризе.

Псевдонимы: главная головоломка генеалога

Сценический псевдоним — это не просто красивое имя, а зачастую единственная зацепка, которая мешает или, наоборот, помогает поиску. Актёры брали псевдонимы по нескольким причинам: дворянское происхождение считалось несовместимым с «неприличной» профессией лицедея, и потомственный дворянин Иванов превращался в «Аркадьева»; купеческая или мещанская семья могла стыдиться артистической карьеры родственника; наконец, просто фамилия могла быть неблагозвучной или труднопроизносимой для афиши.

Разгадывать псевдоним стоит по нескольким направлениям. Во-первых, некрологи и юбилейные статьи в театральной периодике часто раскрывали настоящую фамилию — этого требовал жанр «творческого пути». Во-вторых, документы о браке: венчание в церкви фиксировалось на подлинное имя, даже если жених был известен публике под сценическим. В-третьих, личные дела в фондах театральных обществ (о них — ниже) обычно требовали указания настоящей фамилии при вступлении, независимо от псевдонима на афише. Наконец, если сохранилась старая фотография с автографом или дарственной надписью, стоит обратить внимание на подпись — иногда актёры подписывались двойным именем «Артист N. N. (по паспорту — Иванов)».

Советский период: ВТО, кинематограф и профсоюзы

После революции структура актёрской профессии изменилась радикально, но архивный след стал даже подробнее. Всероссийское театральное общество (ВТО, с 1933 года — правопреемник дореволюционного Русского театрального общества) вело личные дела членов, куда входили анкеты с полной биографией, сведениями о происхождении (что было принципиально важно в 1920–1930-е годы для «классово чуждых» актёров из дворян или духовенства), послужным списком театров и ролей. Эти дела в значительной части переданы в Российский государственный архив литературы и искусства (РГАЛИ, фонд 970 — ВТО, и фонд 2489 — Союз работников искусств), где также сосредоточены личные фонды отдельных актёров, режиссёров и целых театров.

С 1920-х годов добавляется ещё один пласт — кинематограф. Личные дела актёров кинематографических студий (Госкино, «Совкино», позже «Мосфильм», «Ленфильм» и республиканские студии) содержат анкеты, характеристики парткома или профкома и иногда переписку о съёмках. Такие дела нужно искать в архивах самих киностудий (у многих есть собственные ведомственные архивы) либо в региональных государственных архивах, куда документы студий передавались при реорганизации.

Важный источник советского периода — Театральное общество и цирковое объединение вели персональные пенсионные дела заслуженных и народных артистов, где подробно, по годам, восстанавливалась вся творческая биография — фактически готовый послужной список для генеалога.

Где искать: сводный список архивов и фондов

• РГИА (Санкт-Петербург) — фонд 497, Дирекция императорских театров: личные дела, пенсии, театральные училища.
• РГАЛИ (Москва) — фонды 970 (ВТО), 2489 (Союз работников искусств), а также десятки личных фондов отдельных артистов и театров.
• ЦИАМ (Центральный государственный архив Москвы) — документы московской конторы Дирекции театров, Малого и Большого театров, Школы Малого театра.
• ГЦТМ имени А. А. Бахрушина — крупнейший театральный музей России: афиши, программы, фотографии, личные архивы актёров, часть которых недоступна больше нигде.
• Региональные государственные архивы — фонды губернских правлений (дела о разрешении театральных антреприз), фонды полицейских управлений (паспортные книжки приезжающих), подшивки местной периодики.
• Архивы усадебных музеев («Останкино», «Кусково», «Архангельское») — документы крепостных театров.
• Архивы киностудий — личные дела актёров кино советского периода.
• Некрополи — Новодевичье кладбище в Москве, Тихвинское кладбище Александро-Невской лавры в Петербурге и региональные «артистические» участки на городских кладбищах, где актёров нередко хоронили компактными группами по цеховому принципу.

Цирк и эстрада: соседняя, но отдельная ветвь поиска

Цирковые артисты и эстрадные исполнители формально не относились к «драматической» сцене, и архивный след у них устроен иначе. Дореволюционные цирки чаще всего были частными предприятиями с семейной преемственностью — цирковые династии передавали номер и профессию из поколения в поколение, и документы о них стоит искать не столько в театральных, сколько в цеховых и ремесленных управах того города, где цирк базировался: цирковой артист формально мог числиться мещанином определённого цеха, а «цирковая» часть биографии всплывает только в афишах и, начиная с советского периода, в документах Союзгосцирка. С 1919 года цирки в РСФСР были национализированы, и с этого момента личные дела циркового артиста стоит искать по тому же принципу, что и киноактёра — в ведомственных архивах Союзгосцирка и в фондах региональных цирков-стационаров.

Эстрадные артисты — куплетисты, конферансье, исполнители на дореволюционных «эстрадах» и в кафешантанах — оставили ещё более скудный официальный след: сама профессия долго не признавалась «настоящим» искусством и не попадала под опеку театральных дирекций. Здесь единственным системным источником остаются афишные книги увеселительных заведений (если они сохранились в фонде городской управы) и полицейские дела о разрешении содержания кафешантана, где перечислялся штат исполнителей.

Онлайн-ресурсы и вторичные источники для предварительной проверки

Прежде чем заказывать архивную выписку, есть смысл проверить фамилию по открытым спискам и справочникам, которые снимают часть работы. Театральные энциклопедии и биографические словари артистов императорских театров (выходившие ещё в дореволюционный период и переизданные в советское время) часто содержат краткие биографические справки с указанием годов службы и настоящей фамилии, если она отличалась от сценической. Юбилейные издания отдельных театров — Александринского, Малого, провинциальных антреприз со столетней историей — публиковали списки трупп по сезонам, иногда с точностью до полного состава на конкретный год. Наконец, некрополи в виде печатных справочников (например, справочники по захоронениям Новодевичьего и Тихвинского кладбищ) дают даты жизни и иногда полное имя, что помогает сориентироваться, прежде чем идти в архив за личным делом.

Разбор одной находки: как это работает на практике

Возьмём типичную для этой темы ситуацию. В семье хранится фотография прадеда в костюме — то ли гусара, то ли чиновника, не разобрать, — с надписью на обороте неразборчивым почерком и полустёртой датой «189…». Родственники называют его «артистом», но фамилия на фото не совпадает с той, что известна в семье. Первый шаг — не пытаться сразу искать «актёра Иванова» по всей стране, а установить фотоателье: адрес мастерской на паспарту фотографии почти всегда прямо указывает город. Дальше нужно поднять подшивку местной газеты за предполагаемые годы и поискать театральные рецензии — если фамилия с фотографии там встречается рядом со словом «бенефис» или «дебют», это подтверждение. После этого имеет смысл запросить фонд губернского правления того города на предмет дел о разрешении антрепризы за нужный сезон — в списке труппы может обнаружиться настоящая фамилия актёра, если сценическое имя на фотографии оказалось псевдонимом. Именно такая последовательность — от вещественного источника (фото) к печатному (пресса) и затем к архивному документу (дело о труппе) — обычно и приводит к результату там, где прямой запрос «дайте личное дело актёра Х» упирается в отсутствие фонда.

Полезно заранее готовиться к тому, что ответ архива может прийти в виде не одного документа, а связки из трёх-четырёх источников разных фондов, каждый из которых подтверждает лишь фрагмент биографии: год поступления в труппу — из афиши, факт брака — из метрической книги, настоящую фамилию — из личного дела ВТО. Собранные вместе, эти фрагменты и составляют полноценный послужной список артиста, которого в готовом виде, скорее всего, ни в одном отдельном деле просто не существует — в отличие, скажем, от чиновничьего формулярного списка, где вся карьера сведена в единый документ по единому образцу.

Что делать, если фонд театра не сохранился вовсе

Такое случается чаще, чем хотелось бы: провинциальные театральные здания горели, документы гибли при переездах антрепризы, а часть фондов не пережила эвакуации архивов в годы войн. В этом случае единственной опорой остаются источники, не зависящие от самого театра как учреждения, — метрические книги того прихода, где предположительно жил актёр между сезонами, посемейные и посписочные списки по месту приписки (мещанского общества или сельского общества, откуда он происходил до ухода на сцену), а также некрополь того города, где он в итоге умер. Такая реконструкция «от противного» — по местам жительства и смерти, а не по местам службы — медленнее и менее эффектна, но зачастую оказывается единственным рабочим путём, когда профильный театральный фонд утрачен целиком.

Частые вопросы

Актёрская родословная почти никогда не восстанавливается одним запросом в один архив — приходится последовательно проверять несколько источников разной природы: вещественные (фотографии), печатные (пресса, афиши) и собственно архивные (личные дела, дела о труппах). Если в вашей семье есть театральное предание, но фамилия «не бьётся» с официальными документами, вероятная причина — псевдоним, а не ошибка в родословной линии. Не менее важно держать в голове хронологию: до 1917 года структура источников выстроена вокруг сословий и дирекций театров, а после революции — вокруг творческих союзов и ведомственных архивов студий и цирков, и смешивать эти два подхода при запросе в архив не стоит — архивариус будет искать по описи того периода, который вы укажете, и ошибка в датировке способна свести многомесячный запрос к пустому ответу «дело не найдено». Поэтому первым шагом почти всегда стоит максимально точно установить хотя бы примерный год и город, где предок выходил на сцену, — а уже от этой точки выстраивать цепочку запросов по конкретным фондам.

На tree.zahoron.ru собрано 469 тысяч обогащённых фамилий и более 165 миллионов архивных записей — начните поиск с фамилии из семейного предания, а затем сверяйте находки с театральными фондами, о которых рассказано выше.

Смотрите также: Сословия Российской империи: как определить сословие предков.