Кладбища Саранска: путеводитель и поиск захоронений

Название Саранска путает приезжих: кажется, что оно как-то связано со словом «сарай» или восточными мотивами, а на деле корни куда прозаичнее — город стоит на речке, которую в старину звали Сарлей, а сейчас называют Саранкой. Топонимисты до сих пор спорят, что именно означает этот гидроним: то ли мордовское «сара» — заболоченная низина, топкая пойма, — то ли что-то ещё, но факт остаётся фактом: именно у этой речки в 1641 году появился деревянный острожек, из которого потом вырос город.

Место для крепости выбирали не случайно. Шла большая государственная стройка — новая сторожевая черта, которую тянули от Суры через Атемар и Саранск к Шишкееву, чтобы прикрыть южные рубежи царства от степных набегов. Острожек получился по тем временам солидный: четыре угловые башни, две проездные, периметр стен под пятьсот саженей, а служили в нём вперемешку русские, мордва и татары — казаки, стрельцы, пушкари. Не прошло и десяти лет, как Саранск дорос до статуса уездного центра, а сам уезд к концу столетия занял чернозёмные земли по Инсару и Суре площадью в две тысячи квадратных вёрст с лишним.

Испытание на прочность крепость прошла в 1670 году, когда к городу подступили отряды Степана Разина. Первый штурм гарнизон отбил — оборонялись целый день, отбили два приступа подряд, — но затем сами горожане подняли бунт изнутри, перебили защитников и открыли ворота. Воеводу Матвея Вельяминова нашли прячущимся в церкви и убили на месте. Три месяца город оставался под властью восставших — здесь ковали пики и чинили сабли для новых отрядов, — пока в декабре московские стрельцы под началом Изъединова не вернули Саранск короне. Сама же крепость простояла ещё сто с лишним лет и была разобрана в начале 1780-х как обветшавшая и уже ненужная: торговые ряды и посад давно обогнали крепостные стены по значению для города.

Кладбища, стёртые советской властью

Судьба старых саранских погостов сложилась печально — почти всё, что было при церквях до революции, снесли в один заход на рубеже 1920–1930-х. Тихвинское кладбище стояло при одноимённом храме почти в центре города — там же, где потом появилась улица с тем же названием. В 1930 году Мордовский облисполком постановил церковь закрыть, отдал здание под клуб для железнодорожников, а вскоре и вовсе снёс постройку заодно с погостом — на этом месте сейчас обычный городской квартал.

Второе крупное кладбище — Константиновское — возникло существенно раньше, ещё в XVII столетии, когда ремесленный люд спустился с горы на другой берег Саранки и основал слободу. Деревянную часовенку во имя Константина и Елены со временем сменили каменной церковью, но статус остался прежним — место для отпевания, приписанное к главному городскому собору. Снесли и эту церковь в 1930-м, вместе с ещё несколькими храмами города, а само кладбище окончательно застроили торговыми павильонами уже в шестидесятые.

Любопытно, что от обоих уничтоженных некрополей физически уцелел ровно один предмет — надгробная плита чиновника Александра Пальмовского, умершего в 1854 году. Долгое время она считалась загадкой: стояла на кладбище, но принадлежала явно не тому человеку, чьё имя там числилось. Разгадку нашёл местный журналист, покопавшись в архивах, — оказалось, камень перетащили с уничтоженного Тихвинского кладбища ещё в сороковые годы и поставили заново, использовав как готовое надгробие для другого покойника.

Гора у телебашни: некрополь мордовской интеллигенции

Сегодняшний старейший из сохранившихся некрополей города — 1-е мемориальное кладбище, разместившееся на возвышенности рядом с телевышкой; пеший маршрут туда обычно прокладывают по Советской улице через частный сектор. Именно сюда в итоге и перекочевало то самое надгробие Пальмовского.

Кладбище давно стало неформальным пантеоном республики. Тут лежит скульптор Степан Нефёдов, вошедший в историю искусства под псевдонимом Эрьзя, — мастер, которого современники сравнивали с Роденом. Умер он в Москве в 1959-м, но хоронить решили именно на родной земле; спустя несколько лет надгробие для его могилы вырезал Сергей Коненков — знавший скульптора лично, хотя кладбищенской пластикой прежде никогда не занимался. Сегодня художественный музей республики, названный в честь Эрьзи, хранит больше двух сотен его работ — крупнейшее собрание в стране.

По соседству нашли покой писатель Пётр Кириллов и живописец Фёдор Сычков, чьё имя прочно связано с мордовской школой живописи. А в 2004 году, к юбилею со дня рождения, сюда же перенесли прах просветителя Макара Евсевьева — человека, много сделавшего для становления мордовской письменности. Столь высокая концентрация значимых для республики имён на одном сравнительно небольшом кладбище — редкость даже среди региональных столиц.

Кладбищенская арифметика современного Саранска

Разбираться в некрополях сегодняшнего Саранска приходится по документу: постановление городской администрации № 520 от апреля 2024 года ввело сплошную нумерацию вместо привычных названий, и без знания этой системы легко запутаться.

| Некрополь | Статус | Что стоит знать | |---|---|---| | Кладбище № 4 (Ключарёвское) | Открыто | Самый большой погост города — около 80 га, принимает захоронения с 1983 года | | Кладбище № 5 (Ключарёвское) | Закрыто для новых | Разрешены только родственные подзахоронения; рядом стоит Воскресенская часовня | | Кладбище № 6 (Ключарёвское) | Открыто | Продолжение того же кладбищенского массива | | Кладбище в п. Николаевка | Закрыто | Только подзахоронения к близким родственникам | | Кладбище в с. Макаровка | Открыто ограниченно | Только для жителей Макаровки, Луховки, Куликовки и посёлка им. Гагарина | | Озёрное кладбище | Открыто | У одноимённого посёлка в черте города | | 1-е мемориальное | Историческое | Некрополь деятелей культуры и науки |

Стоит запомнить один практический нюанс: подзахоронение в существующую могильную ограду разрешено только при свободном месте на участке или по истечении двадцатилетнего кладбищенского срока — эта норма прописана в том же постановлении и касается буквально всех перечисленных кладбищ без исключения.

Площадь Победы: как Мордовия хранит память о войне

Оккупации Мордовия избежала, но обескровила войну республика ощутимо — десятки тысяч уроженцев ушли на фронт и не вернулись. Их общую память собрала в себе площадь Победы в центре Саранска, до войны носившая имя Советской.

Центральная фигура ансамбля — скульптурная группа работы Николая Томского, открытая 9 мая 1970 года: Мать-Мордовия протягивает меч сыну-солдату. Архитектор комплекса — Алексей Душкин, тот самый, что проектировал станции московского метро. Рядом — восемнадцатиметровый гранитный пилон с посвящением павшим и Вечный огонь у звезды. Спустя тридцать пять лет, уже в 2005-м, ансамбль дополнила ещё и дугообразная стена длиной больше полусотни метров с десятком чёрных гранитных пилонов — на них выбиты имена саранцев, так и не вернувшихся с фронта домой.

Здесь же стоит музей военного и трудового подвига, открытый в 1995 году, — здание нарочно спроектировали так, чтобы силуэт повторял очертания границ Мордовии, а крышу сделали похожей на кокошник. Экспозиция собрала около сорока тысяч предметов — от наградных листов до писем с фронта. Особое место в комплексе занимает памятник побегу группы военнопленных во главе с уроженцем Мордовии Михаилом Девятаевым — той самой историей про угнанный из концлагеря немецкий бомбардировщик, которая вошла во все учебники. Кто ищет фронтовую судьбу предка, связанную с мордовскими частями или конкретно с этим побегом, найдёт в фондах музея документы, которых нет больше нигде.

Почему архив Мордовии собирали из четырёх губерний

Прежде единой Мордовии на карте попросту не существовало — мордовские земли резали границы сразу нескольких губерний: саранские окрестности числились за Пензенской, северные территории — за Нижегородской, западные — за Тамбовской, восточные — за Симбирской. Только в 1930 году появилась Мордовская автономная область, а в 1934-м — полноценная АССР, и лишь тогда документы, прежде рассеянные по четырём разным губернским архивам, начали стягивать в единое хранилище.

Отсюда и вся путаница с фондом № 57 Центрального государственного архива Республики Мордовия (Саранск, улица Московская, 31, корпус 1, 430010, тел. 8342-47-22-04) — там на нескольких тысячах единиц хранения соседствуют метрики приходов, которые до революции подчинялись совершенно разным консисториям. Практический вывод простой: прежде чем писать запрос в архив, стоит для себя выяснить, к какой именно из четырёх губерний относилось родное село в интересующий вас год — административные границы перекраивали не единожды, и один и тот же населённый пункт мог кочевать между губерниями.

Кроме метрик, в архиве неплохо сохранились похозяйственные списки и протоколы сельсоветов с 1920–1930-х годов практически по всем населённым пунктам республики. А вот с более ранними документами хуже: ревизские сказки представлены заметно скромнее, в основном по Ардатовскому и Краснослободскому уездам, а исповедных ведомостей, судя по имеющимся описаниям, архив не хранит вовсе. Часть метрических книг в последние годы оцифрована и доступна через сервис Яндекса «Поиск по архивам», а энтузиасты независимого проекта «НашиПредки» собрали подробные описи фонда — стоит свериться с ними перед личным визитом в читальный зал.

Два народа под одним именем «мордва»

Строго говоря, единого мордовского народа не существует — есть два родственных, но самостоятельных этноса, эрзя и мокша, у каждого свой диалект, костюм и обрядовые традиции, включая похоронные. Церковные метрические книги фиксировали факт погребения безотносительно к тому, эрзянин перед нами или мокшанин, — а вот более древние, дохристианские элементы обряда сохранялись преимущественно в устной традиции и этнографических записях, а не в архивных документах.

Поэтому тем, кто ищет мордовских предков, стоит параллельно с архивным поиском по фонду № 57 заглянуть и в этнографическую литературу о конкретном субэтносе — это часто объясняет странности в именах и семейных обычаях, необъяснимые при чтении одних лишь сухих церковных записей.

Столетие на площади: памятник ещё одной войне

В 2014 году, к столетию начала Первой мировой, у часовни Александра Невского на той же площади появился ещё один монумент — работа скульптора Салавата Щербакова, фигура солдата на фоне гранитной стелы с двуглавым орлом. Для тех, чьи предки были призваны из мордовских уездов ещё в 1914–1917 годах, документов о той войне заметно меньше, чем о более поздней, — сохранность полковых списков и личных дел той эпохи заметно хуже, и найти конкретное имя солдата Первой мировой обычно на порядок труднее.

Сама часовня появилась ещё раньше, в 2000 году, — восьмигранная постройка из красного и белого кирпича с золочёной маковкой. Сегодня она органично вписалась в ансамбль и служит местом панихид по павшим воинам разных эпох, от Первой мировой до локальных конфликтов конца XX века, память о которых тоже увековечена отдельным памятником неподалёку.

Что означает нумерация кладбищ для генеалогического поиска

На первый взгляд система из пронумерованных кладбищ вместо привычных имён кажется чисто бюрократической прихотью, но на практике она серьёзно облегчает работу именно тем, кто ищет захоронение сравнительно недавнего времени. В отличие от исторических некрополей с их запутанными переименованиями и утраченными архивами, у современных пронумерованных кладбищ есть единый регулирующий документ, а значит — единая точка входа для официального запроса. Это разительно отличается от ситуации, когда приходится разбираться, какая именно из трёх слившихся воедино деревень дала имя давно утраченному кладбищу под нынешним парком культуры.

Обратная сторона такой формализации — заметная обезличенность: номер кладбища сам по себе ничего не говорит о его истории или о том, кто там похоронен, в отличие от звучных исторических названий вроде Тихвинского или Константиновского. Для человека, ищущего просто конкретный участок, это не проблема, а вот для краеведа или исследователя истории города пронумерованные кладбища представляют куда меньший интерес, чем уничтоженные исторические некрополи с их богатой, пусть и трагической биографией, полной случайных находок и неожиданных архивных сюрпризов.

Урок из истории с надгробием Пальмовского

История с перенесённым надгробием чиновника Пальмовского — не просто любопытный краеведческий казус, а важное практическое наблюдение для любого, кто ищет старое захоронение в Саранске. Если ваш предок был похоронен на одном из уничтоженных кладбищ до 1930-х годов, не исключено, что физический памятник — если он вообще пережил снос — мог быть перенесён на другое кладбище города, причём без документального следа о таком переносе. Иногда единственным способом обнаружить подобный перенос становится случайность — как в случае с журналистом, заметившим несоответствие между именем на камне и официальными записями о погребении.

Практический вывод: даже если архивные документы указывают на захоронение на давно уничтоженном кладбище, не поленитесь лично осмотреть сохранившиеся некрополи города — важные надгробия иногда переживают снос самого кладбища и просто оказываются переставлены в другое место без всякой системы, известной современным исследователям. Иногда такую перестановку фиксируют лишь случайные свидетели событий полувековой давности, чьи воспоминания уже не удастся собрать заново.

Сельские и городские записи: в чём разница для мордовского предка

Отдельная и довольно ощутимая сложность мордовского генеалогического поиска связана именно с разницей между городскими и сельскими записями. Сам Саранск как уездный, а позже республиканский центр располагал более развитой системой учёта — приходские книги, а затем и советские органы ЗАГС вели документацию относительно аккуратно. А вот в отдалённых сёлах и деревнях, особенно с преимущественно мордовским, а не русским населением, качество и полнота дореволюционных записей могли заметно уступать городским: не во всех приходах хватало грамотных причетников, способных вести метрики без пропусков и ошибок.

Это означает, что при поиске сельского мордовского предка стоит заранее настроиться на то, что записи могут быть неполными, а некоторые годы — вообще пропущены в сохранившихся делах фонда без всякого объяснения причин такого пробела. В таких случаях особенно ценны похозяйственные списки и протоколы сельсоветов советского периода — они хотя и не заменяют дореволюционные метрики, но способны частично восстановить недостающие сведения о составе семьи уже в более позднее время, а заодно подтвердить, что интересующая вас семья действительно проживала в данном селе на конкретный год.

Что делать, если предок пропал между двумя переписями

Довольно частая ситуация для мордовских сёл: человек фигурирует в одной ревизской сказке или похозяйственном списке, а затем бесследно исчезает из следующего документа спустя десять-двадцать лет. Причин может быть множество — переезд в другое село, смена фамилии при замужестве, банальная описка писца, — но для генеалога это всегда повод для отдельного расследования, а не повод считать поиск законченным.

В такой ситуации имеет смысл расширить поиск на соседние сёла того же уезда: миграция внутри одного уезда была довольно обычным делом, особенно среди крестьянских семей, искавших лучшие земельные наделы, спасавшихся от неурожая или уходивших вслед за родственниками, уже перебравшимися на новое место в поисках более сытой жизни. Если в фонде № 57 есть метрики соседних приходов за тот же период, стоит проверить, не всплывает ли пропавшая фамилия именно там — часто оказывается, что семья просто перебралась в соседнее село, а вовсе не исчезла из исторических записей навсегда. Учитывайте и то, что при переезде в другую губернию — скажем, из пензенской части будущей Мордовии в нижегородскую или тамбовскую — записи о семье могли осесть в совершенно другом архивном фонде, формально не связанном с исходным приходом, откуда семья снялась.

Городская легенда о названии реки

Помимо академической версии происхождения имени Саранки от мордовского слова, обозначающего заболоченную местность, среди местных жителей бытует и куда менее строгая народная этимология — якобы название связано со словом «сарана», обозначающим дикий лук или похожее растение, в изобилии росшее по берегам реки в старину. Историки-топонимисты относятся к этой версии скептически, но подобные народные объяснения нередко сами становятся частью местного фольклора и передаются из поколения в поколение наравне с более строгими научными версиями, а порой переживают и сами научные гипотезы, которые со временем пересматриваются новыми исследователями.

Для генеалога подобные легенды представляют не столько практическую, сколько культурную ценность — они показывают, как горожане на бытовом уровне воспринимали собственную историю, независимо от того, что на самом деле говорят архивные источники. Если в вашей семье сохранились похожие предания о происхождении названий родных мест, не спешите их отбрасывать как недостоверные — даже искажённая легенда иногда сохраняет зерно исторической правды, которое стоит проверить по более надёжным источникам.

Почему стоит начинать поиск с общения с краеведами

Помимо архивных фондов и официальных баз данных, серьёзным подспорьем в поиске саранского предка может стать местное краеведческое сообщество — историки-любители, годами изучающие конкретные районы города или отдельные сёла Мордовии, зачастую располагают сведениями, не попавшими ни в один официальный документ. Именно благодаря кропотливой работе такого краеведа, например, в итоге удалось разгадать давнюю историю с перенесённым надгробием Пальмовского, о которой шла речь чуть выше.

Найти таких энтузиастов обычно проще всего через местные краеведческие форумы, тематические группы в социальных сетях, посвящённые истории Мордовии, или через сотрудников самого архива — они обычно знают, кто из независимых исследователей специализируется на интересующем вас районе или периоде. Общение с такими людьми часто экономит месяцы самостоятельного поиска, особенно если речь идёт о специфических деталях местной истории, которые не зафиксированы в официальных архивных описях и передаются исключительно из уст в уста между поколениями местных краеведов.

Прежде чем ехать в архив

Готовиться к поиску мордовского предка лучше дома, а не на месте. Соберите всё, что уже известно: примерный год смерти или рождения, название села и, желательно, дореволюционный уезд — современные и старые границы в Мордовии совпадают далеко не всегда, и без этой привязки поиск по фонду № 57 растянется на месяцы впустую. Также стоит помнить про кладбище в Макаровке: оно принимает только жителей самой Макаровки, посёлка Луховка, села Куликовка и посёлка имени Гагарина — если предок жил в одном из этих мест, искать его логичнее именно там, а не среди центральных Ключарёвских некрополей.

Свериться с онлайн-описями фонда стоит заранее — так вы поймёте, какие приходы и годы уже оцифрованы, а какие придётся заказывать вслепую в читальном зале. И только после такой подготовительной работы имеет смысл писать официальный запрос в архив или планировать личную поездку в Саранск.

Если вы всё же собираетесь в город лично, совместите архивную работу с посещением 1-го мемориального кладбища и музея на площади Победы — оба места находятся в пределах пешей доступности от центра, а сотрудники обоих учреждений нередко готовы подсказать неочевидные направления поиска, которые не найти ни в одном онлайн-каталоге. Начните поиск по фамилии здесь.

Часто задаваемые вопросы

Сколько кладбищ действует в Саранске сегодня?

По постановлению 2024 года — несколько пронумерованных некрополей: № 4, № 5, № 6, а также кладбища в Николаевке, Макаровке и Озёрное. Часть открыта для новых захоронений, часть — только для родственных подзахоронений.

Где искать метрическую запись о саранском предке до 1918 года?

В Центральном государственном архиве Республики Мордовия, фонд № 57 (1758–1918 гг.). Сначала стоит выяснить, к какой из четырёх дореволюционных губерний — Пензенской, Симбирской, Нижегородской или Тамбовской — относилось нужное село.

Где похоронены известные деятели культуры Мордовии?

На 1-м мемориальном кладбище у городской телебашни — здесь лежат скульптор Степан Эрьзя, писатель Пётр Кириллов, художник Фёдор Сычков и просветитель Макар Евсевьев.

Что случилось со старыми приходскими кладбищами Саранска?

Тихвинское и Константиновское кладбища вместе с одноимёнными церквями уничтожили в советское время. Уцелело лишь надгробие чиновника Александра Пальмовского, перенесённое на 1-е мемориальное кладбище.

Как узнать о судьбе фронтовика из Мордовии?

Стоит обратиться в фонды музея военного и трудового подвига на площади Победы в Саранске, а также проверить базы «ОБД Мемориал» и «Память народа».

Когда основали Саранскую крепость?

В 1641 году как деревянный острожек на новой сторожевой черте. Крепость простояла около 140 лет и была разобрана за ветхостью в начале 1780-х годов.

Кладбища других городов

Путеводители по историческим некрополям других городов России публикуются в этом разделе — воспользуйтесь поиском по рубрике «Кладбища и захоронения».

Начните поиск

Найти захоронение по фамилии — база ДРЕВО

Исследовать историю рода по фамилии — в Архиве ДРЕВО, 51 000 страниц о происхождении российских фамилиях: Архив фамилий ДРЕВО →